Номер, конечно, неплохой, но только для тех, кто соскучился по квестам.
Главная достопримечательность номера — чайник. Чтобы его подключить, нужно не просто иметь желание выпить чай, а быть йогом или последователем культа «Поклонись инженеру». Розетка в номере одна. На двоих. И она предусмотрительно спрятана под столом, видимо, чтобы вы не забывали, что тело нужно держать в тонусе. У нас был двухместный номер, но розетка явно была рассчитана на одного очень скромного человека.
Дизайн интерьеров порадовал концепцией «асимметрия и единение с природой». Окно было заделано на половину. Зачем нам полноценный обзор? Мы же не в Версале! Половины вполне хватило, чтобы оценить суровость московской зимы (в январе оттуда знатно дуло, видимо, форточка решила, что она — кондиционер).
Отдельная любовь — живность и ароматерапия.
Однажды, выходя из номера, мы стали свидетелями спринтерского забега одного таракана. Судя по скорости, они опаздывали на ужин в столовую по соседству. Видимо, у них там шведский стол.
Запах канализации — это вообще отдельный вид релакса. Лежишь, засыпаешь под звуки города, и тут кто-то сверху решает напомнить, что вы не одни во Вселенной. Спустя 30 секунд приходит аромат «Хикалия» (я так понял, это новое амбре от местного парфюмера, ноты: "трубный смыв" и "нежная плесень").
Кстати, про плесень. В туалете на потолке красовалось нечто черное. Надеюсь, это был такой дизайнерский «патч» в стиле урбанистика.
Когда мы набрались смелости и сказали администратору, что пахнет канализацией, её ответ был достоин Нобелевской премии по философии. Она посмотрела на нас с выражением «ну вы и нюни» и выдала: «И что? У меня тоже пахнет канализацией».
В этот момент я понял: тут не просто отель, тут особая кастовая система. Здесь единение с персоналом происходит через обонятельные галлюцинации. Раз уж у самого админа в носу тот же букет, что и у нас, значит, мы в надежных руках.
Резюме: Если хотите проверить свой вестибулярный аппарат (наклоны к розетке), укрепить отношения в паре (деля одну розетку на двоих) и познакомиться с местной фауной — вам сюда. Я теперь знаю, что такое настоящий «Гарден» (Сад): сад весенних тараканов и осенних ароматов канализации. Спасибо за опыт, я стал гибче и терпимее!
Я с тётей в «Garden» заселился,
Чтоб отдохнуть, а получилось —
Что я чуть-чуть не проломился,
А тётя чуть не обозлилась.
Нас встретил номер — «Пещера».
Одна розетка — перспектива!
Лежит у самого пола,
На высоте 10 см, не больше.
Чтоб чайник включить,
Надо на пол прилечь,
Лбом пыль собирать,
Поклоны отбить,
Чтоб гении-инженеры
Увидели жест
И в следующей жизни
Нам скинули кэш.
Мы с тётей вдвоём
Этот подвиг свершали,
Колени стёрли,
Но чай заварили!
Зима, январь, мороз под сорок,
В окне щель — форточка без створок.
Окно наполовину заделано,
Чтоб мы не расслаблялись, видимо.
Спали мы с тётей в шапках и куртках —
Как полярники в палатке,
Я в пуховике, она в капюшоне,
И оба похожи на призраков в лоне
Этого номера, где отопленье
Сдалось ещё при Ельцине, без сомненья.
Выходим в коридор — аншлаг!
Бегут один таракан вразвалочку.
Я им: «Куда, коллега, так?»
Они: «На завтрак, в столовочку».
Номер-то рядом, удобство — не скрою,
Живность приходит сама к нам гурьбою.
Запах в номере — отдельная тема,
Сюжет для фильма «Парфюмер 2».
Ночью лежишь — смыв сверху раздастся,
Ты затаишься, как в засаде,
Через полминуты, как по команде,
Аромат подкрадётся к кровати.
Не «Шанель», не «Диор»,
Не «Гуччи» — облом,
Это «Хикалия» с нотами:
«Сосед сверху сходил в санузел,
А вам вот — бесплатный сеанс аромата,
Дышите, гости, мы рады вам, ребята!»
Я пошёл к администратору,
Думал, помощь дадут.
Говорю: «Там запах ядрёный».
А она мне: «И что?
У меня тоже пахнет канализацией тут».
Тут я понял: мы — единый организм,
Дышим коллектором, держимся,
Мы — герои, нас не сломить,
Можем даже без носа прожить.
Но главный цирк был в туалете,
Там унитаз устроил квест.
Пришёл я как-то,
Сделал дела, спустить хотел,
А он — ни в какую! Молчит, как рыба,
Вода не льётся, хоть ты убей.
Я стучал по бачку, я молился,
Я матерился, я ворожил,
Тётя снаружи крестилась,
А унитаз — ни тпру, ни ну.
Потом с 5 раза смыл.
Уборка? Слово нам знакомо,
Но только издали, увы.
Четыре дня полы не мыли,
Мусор не вынесли и мы.
В углу росла гора пакетов,
Мы назвали её «Надежда на клининг».
А пол такой, что если бросить печенье,
То к утру оно прирастёт навеки.
Мои носки, что были белы,
Стали цвета «антрацит»,
Теперь они висят в рамке,
Как символ той страшной войны.
Мы с тётей выжили, мы живы,
Нас даже сплотил этот ад.
Теперь мы как ветераны,
Друг другу в беде каждый рад.
Но если вы цените нервы,
Удобства, тепло и уют,
То этот номер, поверьте,
Пусть тараканы сдают.
А мы свой отзыв оставляем,
Чтоб каждый прохожий читал:
Не едьте вы в «Garden», не надо!
Там тот ещё сад — кошмаров сад.
Там розетка — фитнес-инструктор,
Окно — портал в январе,
Тараканы — местный консьерж,
Админ — философ в добре,
Унитаз — забастовщик,
Уборка — мираж,
Запах — коллекторный стаж.
И если вы всё же решитесь —
Берите с собой удлинитель,
Шапку, куртку, запас кислорода,
И юмора целый вагон.
Мы с тётей смогли, вы же тоже?
Тогда держитесь. Поклон.