Моё путешествие по Калининградской области с «Хранителями руин»

Для меня мох и ветра любимого региона дороже райских кущ. Всем сердцем я люблю свой родной город Калининград и его окрестности и всегда рада поддержать благотворительные и локальные проекты. 

Я бы хотела, чтобы больше людей узнали об одной важной инициативе, связанной с путешествиями. Поэтому даже какое-то время назад связалась с редакцией известного корпоративного онлайн-СМИ, чтобы сделать совместный материал. Но в силу ретроградного Меркурия или форс-мажора публикация не состоялась.

Это могло бы оставить автора один на один с её текстом, если бы не платформа Яндекс Путешествия.

Рада поделиться прекрасным проектом и созданными его командой маршрутами. Вдруг вы тоже заинтересуетесь идеей локального активизма, путешествий и прогулок на свежем воздухе.

Девять утра субботы, 11 мая 2024 года.

Впереди целый день открытий. Но пока я слушаю Василия Плитина, основателя волонтёрского движения «Хранители руин». Он рассказывает о кирхе Борхерсдорфа в посёлке Зеленополье Калининградской области, уникальной мозаике сеятеля на фасаде и «Хранителях руин».

Это моё второе путешествие с «Хранителями», и я немного знакома с правилами «тайного общества».

И уже на первом объекте ощущаю на себе все достоинства газона при внешнем осмотре руин. Ты можешь осмотреть все текстуры вблизи, а его линии, чередуясь с нетронутыми островками травы, выступают направляющими. 

В прошлую поездку по другому маршруту — «Полесское кольцо» — схожий восторг вызвал у меня мох в лесу у руин городской стены и маленькие грибы-моти (так я называю Иудины уши).

Это локальное сообщество и волонтёрское движение, созданное в Калининградской области в 2020 году.

К основным темам, с которыми работают «Хранители», относятся:

• локальная идентичность;
• переосмысление культурного кода руин Калининградской области и их адаптация к современным условиям;
• забота о своём доме.

Как они это делают:

1. Организуют деятельность по приведению курируемых объектов в порядок — это могут быть субботники или работы по консервации и реставрации. Кстати, газоны, упрощающие исследование фасада и локации, также дело рук волонтёров.

2. Привлекают средства для новых проектов и поддержания своей деятельности.

3. Проводят образовательные и культурные прогулки и поездки.

На маршруте по объектам, за которыми ухаживают «Хранители», было всё, что я люблю: природа, медитативная архитектура, микс культуры Восточной Пруссии и национального колорита, много нарратива. Последний складывался из архетипов советского времени, христианских святых, прусского эпоса и даже включал истории о местных расхитителях в кирхе Домнау и исчезновении целой библиотеки из замка Тапиау.

В этой поездке я убедилась, на что способно сообщество единомышленников — людей и организаций — при совместных усилиях. Многие объекты в поездке были приведены в порядок и сегодня курируются «Хранителями».

А ведь подобные руины — как правило, храмы, усадьбы — можно найти в разных частях России: в Кировской, Нижегородской, Калужской областях. Не берусь посчитать все регионы, но мне кажется, что руины могут быть восприняты как часть общего культурного кода России. Вот почему я захотела поделиться этим проектом и своим путешествием с широкой аудиторией.

Эстетика руин — базовая формула, о которой говорят «Хранители руин». И она складывается из нескольких составляющих.

Сложно не замечать красоту кирпичного фасада с его слепками прошлого и настоящего, не рассматривать особенности кладки, швов и скульптурных деталей.

Сложно не раствориться в покрытом растительностью фасаде, витражах и рассредоточенном свете.

Сложно не разглядеть звёздное небо в руинах кирхи и не увидеть в их строгости и сдержанности нечто трогательное и выразительное.

В кирхе Святого Георгия в Правдинске, разглядывая небесного цвета сводчатый потолок и нервюры-рёбра, я представляла ожившим потолок. Это было подобно той магии, что в «Великой красоте» Паоло Соррентино. Кирха была отреставрирована благодаря в том числе усилиям местных жителей.

Такое видение эстетики перекликается с красотой Джона Рёскина, теоретика искусства и эстетики, с тем, что он описывает в «Камнях Венеции»: «Красота в трещинах и пятнах».

Об этом я думала снаружи и внутри кирхи Домнау. Кирха стоит на холме, внутри средневековые барельефы и росписи со святыми, просматриваемые сквозь слой штукатурки.

Я поделилась моими историями, но каждый увидит в этих местах что-то своё.

Такое видение весьма современно и соотносимо с международным подходом, закреплённым Венецианской хартией 1964 года по консервации и реставрации памятников и достопримечательных мест.

Помимо эстетической и исторической стороны, важны природная органика места и связь объекта с текущим контекстом.

Кирхи на протяжении всей своей жизни меняли своё назначение. Многие из них утратили первоначальные функции и приобрели новые.

Отличные примеры такой трансформации в ответ на запросы современности: кирха Патерсвальде стала пространством современного искусства, кирха Меляукена — одной из площадок музыкального фестиваля «Кантанта».

Я смогла увидеть вторую жизнь и реконтекстуализацию кирх и замков, рассредоточенных по Калининградской области, и пример того, как локальные сообщества занимаются структурным и упорядоченным добром.

Для меня «Хранители» в некотором смысле устойчивые архитекторы: стремящиеся сохранить то, что было создано до нас руками других мастеров, и думающие не только о красоте, переосмыслении истории, но и о новых возможностях использования места в современном контексте, потребностях различных групп людей.

Если вы чувствуете созвучие с идеями этого волонтёрского движения, хотите отправиться с ними в путешествие или поддержать проект, вам пригодится ссылка на группу в Telegram: https://t.me/ruin_keepers.